Макс Гендель — Видимый и невидимый миры

Макс Гендель — Видимый и невидимый миры
Макс Гендель — Химическая область физического мира
Макс Гендель — Эфирный слой физического мира
Макс Гендель — Мир желаний
Макс Гендель — Мир мысли


ВИДИМЫЙ И НЕВИДИМЫЙ МИРЫ

Первым шагом в эзотеризме является изучение невидимых Миров. Эти Миры невидимы большинству людей из-за дремлющего состояния, в котором находятся их лучшие и высшие чувства, посредством которых невидимые Миры могут быть восприняты, точно так же, как Физический Мир вокруг нас воспринимается посредством физических чувств. Большинство людей находятся в таком же положении по отношению к сверхфизическим Мирам, как человек, рожденный слепым, к нашему Миру чувств; хотя свет и цвет окружают его, он не в силах их увидеть. Для него они не существуют и неосознаваемы по той простой причине, что ему недостает чувства зрения, при помощи которого они воспринимаются. Предметы он может чувствовать — они кажутся реальными; но свет и цвет вне его досягаемости.

То же самое и с большей частью человечества. Они чувствуют и видят объекты и слышат звуки в Мире Физическом, но иные сферы, которые ясновидящий называет Высшими Мирами, так же неосознаваемы для них, как свет и цвет для слепого. Однако, тот факт, что слепой не может видеть света и цвета, не является аргументом против того, что они реальны и существуют. Точно так же, тот факт, что большинство людей не могут видеть сверхфизические Миры, не доказывает, что никто не может. Если слепой обретет зрение, он увидит свет и цвет. Если высшие чувства тех, кто слеп к сверхфизическим Мирам, будут пробуждены правильными методами, они также смогут узреть Миры, ныне скрытые от них. В то время как многие люди совершают ошибку, относясь с недоверием к существованию и реальности сверхчувственных Миров, многие другие кидаются в противоположную крайность и, убедившись в истинности невидимых Миров, думают, что как только человек становится ясновидящим, вся истина немедленно открывается ему; что если человек может «видеть», он сразу «знает все» об этих высших Мирах. Думать так — это огромная ошибка. Мы охотно признаем ошибочность такого утверждения в вопросах нашей обычной жизни. Мы не думаем, что человек, родившийся слепым и обретший зрение, немедленно «знает все» о Физическом Мире. Более того, мы знаем, что даже те из нас, кто всю жизнь имели возможность видеть окружающие нас вещи, далеки от обладания абсолютным знанием об этих вещах. Мы знаем, что требуются годы усердного и прилежного изучения, чтобы знать хотя бы о той ничтожно малой части вещей, с которой мы сталкиваемся в нашей обычной жизни, и, перефразируя афоризм Гермеса «как наверху, так и внизу», мы сразу понимаем, что так же должно быть и в других Мирах. В то же время верно и то, что возможности для приобретения знания в сверхфизических Мирах гораздо более велики, чем в нашем нынешнем плотном состоянии, но все же не настолько велики, чтобы совсем уничтожить необходимость тщательного изучения и возможность совершения ошибки при наблюдении. Фактически, все показания надежных и компетентных наблюдателей доказывают, что там требуется гораздо большая осторожность и внимательность при наблюдении, чем здесь.

Ясновидящие нуждаются в тренировке прежде, чем их показания обретут какую-то самостоятельную ценность, и чем большими знатоками они становятся, тем скромнее говорят они о том, что видят, тем больше прислушиваются к версиям других, знающих, как много там нуждающегося в изучении, и сознающих, как мало может уловить одиночный исследователь из всех деталей, с которыми связано его исследование. Этим же объясняется и наличие противоречивых версий, которые поверхностные люди принимают за доказательство отсутствия существования Высших Миров. Они утверждают, что если эти Миры существуют, исследователи должны обязательно приносить оттуда идентичные описания. Если ‘мы возьмем иллюстрацию из обычной жизни, ложность такого утверждения станет очевидной.

Представьте, что газета посылает двадцать репортеров в какой-то город с заданием описать его. Репортеры являются (или должны быть) тренированными наблюдателями. Их делом является видеть все, и они должны уметь дать самое хорошее описание, какого только можно ожидать. Несомненно, однако, что от 20-ти репортеров не будет и двух совершенно одинаковых сообщений. Гораздо более вероятно, что все они будут совершенно разными. Хотя у некоторых из них основные моменты в описании могут быть совершенно различны по качеству и по деталям.

Являются ли различия в описаниях доказательством того, что этот город не существует? Конечно, нет! Различия объясняются тем фактом, что каждый видел город со своей особенной точки зрения, и вместо утверждения, что эти различные описания являются путающими и вредными, можно с уверенностью сказать, что внимательное прочтение их всех даст более полное и лучшее представление о городе, чем если бы прочтено было лишь одно из них, а остальные брошены в мусорную корзину. Каждое описание завершит и дополнит остальные. То же самое верно и в отношении отчетов, данных исследователями Высших Миров. Каждый обладает своим особым взглядом на вещи и может описать лишь то, что он видит со своей частной точки зрения. Его отчет может отличаться от отчетов, данных другими, но все они могут быть в равной степени правдивыми с точки зрения каждого отдельного обозревателя.

Иногда спрашивают: «А зачем вообще исследовать эти Миры? Не лучше ли изучить для начала один Мир, удовлетвориться пока уроками, которые нам следует выучить в Мире Физическом, и, если невидимые Миры существуют, почему не подождать с их исследованием, пока мы их достигнем?»

Но если бы мы знали наверняка, что в какой-то момент, рано или поздно, каждый из нас должен быть перевезен в далекую страну, где в новых и неизвестных условиях нам предстоит жить много лет, не разумно ли было бы узнать об этой стране заранее, до отъезда туда? Знание это очень облегчило бы нам приспособление к новым условиям.

В жизни есть лишь одна достоверность, и это — Смерть! Когда мы переходим в потустороннее и сталкиваемся с новыми условиями, их знание, конечно, является большой поддержкой для нас.

Но это еще не все. Чтобы понять Физический Мир, являющийся миром следствий, необходимо понимать сверхфизический Мир, являющийся миром причин. Мы видим движущиеся трамваи или слышим звяканье телеграфных инструментов, но загадочная сила, являющаяся причиной этих явлений, остается неведомой для нас. Мы говорим, что это электричество, но это название не дает нам никакого объяснения. Мы ничего не знаем о самой этой силе; мы видим и слышим лишь ее последствия. Если тарелку с холодной водой поместить в атмосферу достаточно низкой температуры, в ней начнут образовываться кристаллы льда, и мы сможем увидеть процесс их формирования. Линии, по которым вода кристаллизуется, были в ней все время как силовые линии, но были невидимы, пока вода не застыла. Красивые «морозные цветы» на оконном стекле являются видимым проявлением силовых токов Высших Миров, которые существовали все время, неузнанные большинством из нас, но тем не менее могущественные.

Таким образом, Высшие Миры — это миры причин, миры сил; и мы не можем в действительности понять Физический Мир, не зная других и не понимая сил и причин, по отношению к которым все материальные вещи являются лишь следствием.

Что же до реальности этих Высших Миров в сравнении с реальностью Физического Мира, как ни странным это может показаться, эти Высшие Миры, для большинства представляющиеся миражами, на самом деле являются куда более реальными и предметы в них куда более стойкими и неразрушимыми, чем предметы в Мире Физическом. Это мы легко увидим на примере. Архитектор не начинает строить дом с добывания материалов и с приказа рабочим класть камни необдуманным путем, без мысли и плана. Он «обдумывает дом». Постепенно дом приобретает форму у него в голове и, в конце концов, появляется четкая идея будущего дома — мыслеформа дома. Этот дом еще не видим никому, кроме архитектора. Он делает его реально существующим на бумаге. Он чертит план, и на основе этого предметного образа, мыслеформы, рабочие строят дом из дерева, железа или камня, точно соответствующий мыслеформе, рожденной архитектором. Так мыслеформа становится материальной реальностью. Материалист будет настаивать, что последняя гораздо более реальна, прочна и вещественна, чем образ в голове архитектора. Но давайте вдумаемся. Дом не мог бы быть построен без мыслеформы. Материальный объект может быть уничтожен динамитом, землетрясением, огнем или гниением, но мыслеформа остается. Она будет существовать, пока жив архитектор, и из нее можно построить сколько угодно точно таких же домов, как разрушенный. Даже сам архитектор не может ее уничтожить. Даже после его смерти эта мыслеформа может быть восстановлена теми, кто умеет читать записи в памяти природы, о которых речь ниже.

FacebookTwitterGoogle+VKMail.RuOdnoklassnikiLiveJournalОтправить
Чем же закончится сериал можно узнать, просмотрев онлайн сериал великолепный век последняя серия , которой немало удивит всех поклонников саги.